Хансен ходил и пинал обломки дымящегося металла и плексового  сплава,
которым был усыпан весь пол. Он исследовал огромный пролом в стене на  том
месте, где раньше была электростанция. Лужа  затвердевшего  шлака,  вот  и
все, что осталось от сложного, дорогого оборудования.  Оно  не  сломалось,
оно исчезло.
     Появился крайне утомленный Бланшфорд. Как и все, он не спал уже много
часов.
     - Хочу знать все, - вздохнул Хансен.
     - Все, что питается электричеством, либо сгорело, либо  расплавилось,
сэр, - горестно доложил начальник отдела. - Ни единой  схемы,  ни  единого
выключателя, ни единого включенного в сеть прибора здесь не осталось.  Нам
придется заново строить всю энергетическую систему.
     Хансен на несколько минут задумался над тем,  что  услышал,  а  потом
спросил:
     - Удалось обнаружить, что стало причиной происшедшего?
     - Мамула  утверждает,  что  да.  Только  это,  понимаете,  уже  такая
наглость. Стоит вам только посмотреть.
     Вместе с ним Хансен прошел  через  станцию,  мимо  бригад  измученных
работников, занятых расчисткой обуглившихся секций пола и стен. Вскоре они
подошли   к   пропускному   пункту,   откуда   открытый   лифт   доставлял
исследователей к макушкам срезанного внизу леса. Лифт,  естественно,  тоже
сгорел, но кто-то уже успел соорудить из обугленных  проводов  самодельную
лебедку.
     В данный момент лифт был занят. Он висел на полдороге между  станцией
и миром зелени внизу.  Висел  на  том  самом  уровне,  где  когда-то  была
защитная сетка. Хансен уставился вниз,  сквозь  дыру.  В  том  месте,  где
решетка была прислонена к дереву, по стволу до сих пор продолжали  стекать
струйки расплавленного металла. Воздух  был  наполнен  запахом  обгоревшей
коры.
     - Ну как, видели, шеф? - спросил Бланшфорд.
     Хансен прищурился о яркого солнышка и всмотрелся пристальнее.
     - Ничего я не увидел.
     - Посмотрите вот там, немного левее и внизу, там, где работает Мамула
со своими людьми. И еще две штуки есть, их сейчас за стволом не видно.
     Начальник станции смотрел с недоверием.
     - Вы что имеете в виду вон ту серебристую  цепочку,  которая  тянется
над макушками деревьев?
     - Только это не цепочка. По крайней мере, она не  металлическая.  Это
лист или множество сплетенных листьев.
     - Ну и что?
     - Мамула считает, что их подложили на сетку перед грозой этой  ночью.
Мы выслали  отряд.  Мы  надеялись,  что  два  наших  приятеля  этой  ночью
покажутся. Но этого  не  произошло.  И  они  проследили,  куда  ведут  эти
листики. Все три листа ведут резко вниз, в лес, метров  на  пятнадцать,  а
потом уходят к юго-востоку, где присоединяются к родному  дереву,  которое
стоит метрах в тридцати от нашей вмятины. - Бланшфорд повернулся и показал
в нетреснувшее окно.. -  В  той  стороне.  Это  одно  из  наиболее  тонких
деревьев. Крона у него голая,  а  само  оно  по  большей  части  черное  и
серебристое, все - и кора и листья. На нем почти нет  ни  коричневого,  ни
зеленого. Так, только мелкие побеги. -  Он  заглянул  в  блокнот,  который
всегда имел  при  себе.  -  Разведотряд  возглавляла  женщина  по  фамилии
Стивенс. Согласно ее докладу дерево само по себе находится под смертельным
напряжением. Все живое, что прикасается к его листьям, немедленно  гибнет.
Мамула теоретически предполагает, что когда в это дерево попадает  молния,
что и произошло этой ночью, заряд по большей части  уходит  в  землю.  Для
поддержания  защитной  системы  этого  дерева  достаточно  небольшой  доли
заряда. Поблизости таких деревьев больше нет, но он говорит, что  если  мы
поищем, то обязательно найдем еще где-нибудь.
     -  Я  все  понял.  Значит   эти   немногочисленные   деревья   служат
громоотводами для других деревьев и защищают лес от  ночных  гроз.  Только
вот, - Хансен едва не сорвался на крик, - этой ночью заряд  был  направлен
не туда, куда нужно.
     - Не заряд, сэр, разряд.
     Хансен окончательно помрачнел.
     - Не удивительно, что здесь выжгло  всю  электрику.  Ну  и,  конечно,
никто ничего необычного перед этим не заметил.
     На Бланшфорда было жалко смотреть.
     - Нет, сэр. Карбон до сих пор честит кого-то из своих людей.
     - А вы говорили! Да уж, от этого нам станет  намного  легче.  Дело-то
сделано, черт его возьми!
     Хансен замолчал и отшвырнул ногой скрученный обрывок кабеля.
     - А что по этому поводу Марчисон говорит?
     - Марчисон погиб, сэр.
     Хансен тихо выругался.
     - Хорошо. Мамула будет за старшего.
     - Да, сэр. Он считает, что со временем ему удастся восстановить часть
силовых линий, примерно двадцать процентов проводки и схем. Они у нас есть
на складе. Но нам потребуется совершенно новая электростанция.
     - Да это любому дураку понятно. Там, где  была  старая,  нет  ничего,
кроме дыры, в которую скаммер может вылететь.
     - Главный блок солнечных батарей разбит, его  нужно  будет  заменить.
Центральная система кондиционирования воздуха полностью уничтожена, а это,
между прочим, очень неприятная вещь, - докладывал Бланшфорд.
     - Между прочим, - с отвращением отозвался Хансен. - Что между прочим?
Что у нас осталось?
     Бланшфорд снова быстро глянул в стопку торопливо написанных докладов.
     - У нас  осталось  все  ручное  оружие  и  четыре  автономные  пушки.
Совершенно, кстати, исправные. Так что мы  далеко  не  беззащитны,  Мамула
заграбастал единственный исправный трансформатор со склада и все маленькие
батарейки. Это позволит работать  холодильным  установкам  госпиталя.  Что
касается еды, то сухих пайков у нас больше, чем достаточно.
     - А со связью что?
     - Отрубилась, конечно. Но на челноке  работает  и  транссивер  и  все
остальное. У него  ведь  все  бортовые  системы  в  порядке,  -  продолжал
Бланшфорд.
     - Эх жалко, что у нас челнок, а не боевой корабль Содружества.  Когда
должен прибыть следующий грузовой корабль?
     - Через две с половиной недели, сэр, согласно расписанию.