И населенный пункт 37-го километра
        Шептал соседу радостно: - К стене его! К стене!
        Он - опытный и искренний поклонник
                                        стиля "ретро",
        Давно привыкший истину искать в чужой вине.

        И диссидент Шиши горел красивым синим пламенем.
        - Ату его, вредителя! Руби его сплеча!
        И был он цвета одного с переходящим знаменем,
        Когда ему товарищи слепили строгача.

        А, впрочем, мы одна семья - единая, здоровая.
        Эх, удаль конармейская ворочает столы.
        Президиум - "Столичную", а первый ряд - "Зубровую",
        А задние - чем бог послал, из репы и свеклы.

        Потом по пьяной лавочке пошли по главной улице.
        Ругались, пели, плакали и скрылись в черной мгле.
                   В Мадриде стыли соусы.
                   В Париже сдохли устрицы.
                   И безнадежно таяло в Брюсселе крем-брюле.


--------------------------------
*	Привольны исполинские масштабы нашей области.


                ПОДВИГ РАЗВЕДЧИКА


        В рабочий полдень я проснулся стоя.
        Опять матрац попутал со стеной.
        Я в одиночку вышел из запоя,
        Но - вот те на! - сегодня выходной.

        И время шло не шатко и не валко.
        Горел на кухне ливерный пирог.
        Скрипел мирок хрущевки-коммуналки,
        И шлепанцы мурлыкали у ног.

        Сосед Бурштейн стыдливо бил соседку.
        Мы с ней ему наставила рога.
        Я здесь ни с кем бы не пошел в разведку,
        Мне не с кем выйти в логово врага.

        Один сварил себе стальные двери.
        Другой стишки кропает до утра.
        Я - одинок. Я никому не верю.
        Да, впрочем, видит Бог, невелика потеря
        Весь ихний брат и ихняя сестра.

        Экран, а в нем с утра звенят коньки...
        В хоккей играют настоящие мужчины.
        По радио поют, что нет причины для тоски,
        И в этом ее главная причина.

        В "Труде" сенсационная заметка
        О том, что до сих пор шумит тайга.
        А мне до боли хочется в разведку,
        Уйти и не вернуться в эту клетку
        Уйти - в чем есть - в глубокий тыл врага.

        Из братских стран мне сообщает пресса:
        Поляки оправляются от стресса.
        Прижат к ногтю вредитель Лех Валенса,
        Мечтавший всю Варшаву отравить.

        Да, не все еще врубились в суть прогресса
        И в трех соснах порой не видят леса.
        Бряцает амуницией агрессор,
        Но ТАСС уполномочен заявить:

        "Тяжелый смог окутал Вашингтон.
        Невесело живется без работы
        В хваленых джунглях каменной свободы,
        Где правит ЦРУ и Пентагон.


        Среди капиталистов наших стран
        Растет угар военного психоза.
        Они пугают красною угрозой
        Обманутых рабочих и крестьян.

        А Рейган - вор, ковбой и педераст -
        Поставил мир на ядерную карту."
        Тревожно мне. Кусаю свой матрац.
        Дрожу, как СС-20 перед стартом.

        Окончился хоккей. Пошли стрекозы.
        А по второй насилуют кларнет.
        Да как же можно ?  Ведь висит угроза!
        И ничего страшней угрозы нет!

        Да, вовремя я вышел из запоя...
        Не отдадим родимой Костромы!
        Любимый город может спать спокойно
        И мирно зеленеть среди зимы.

        Буденовку напялю на затылок.