шприца,   завернутые   в   хрустящие   бумажки  вываливаются   на   стол   и
разворачиваются.  Они  лежат,  посверкивая   стеклом  и  хромом,  а  Клочкед
задумчиво сминает из  упаковочных  листочков плотный шарик.  Наконец решение
принято.
     -- Смотрите внимательно, -- Возвещает он, -- Сборка  баяна  с закрытыми
глазами!
     Смежив  веки  и  оставив  в  них  щелочку  для  подглядывания,  Клочкед
простирает  руки  и  начинается   лихорадочная  деятельность.  Хромированные
детальки прикручиваются одна  к другой, прикрепляются к стеклянному  корпусу
машины...
     Шприц готов!
     Бурные аплодисменты.
     -- На.  --  Баян  вручается  Шантору  Червицу.  -- Насаживай  выборку и
выбирай усусь.
     Когда  требуемое  исполнено и агрегат наполнен  вонючей  жидкостью  под
завязку,  Клочкед  отбирает  его  и,  встав  в  эпически-патетическую  позу,
провозглашает:
     -- Только сегодня! Только  сейчас! Сеанс синхронного массового обучения
варению   мульки!  В  завершении   представления   --  ублаготворение   всех
присутствующих! Ширяющихся другими торчами -- просьба покинуть помещение!
     Надеюсь, таких нет?
     --  Нет,  нет!  --  Истошно мотают  головами Чевеид  Снатайко  и Шантор
Червиц.  Дождавшись, когда  они утихомирятся, Клочкед, улыбаясь, таинственно
произносит:
     -- Это и будет ваш экзамен...
     Ну, ребята,  начинайте...  --  Эту фразу  Клочкед  старался  произнести
повторяя  интонации Смерти  из бессмертной  оперы "Пизда со смертью Мурьетты
Шагинян", но Шантор Червиц и Чевеид Снатайко, не слышавшие ее, не въезжают в
смысл и действительно начинают.
     Стремясь обогнать  товарища, они, вырывая друг у  друга баян, стараются
залить его содержимое в эфедрин.
     --  Ну  что  вы, словно  дети! -- Не  выдерживает  артистическая натура
Клочкеда. -- Если я сказал синхронно, это не значит наперегонки!
     Темп засыпания ингредиентов снижается, он остается достаточно высоким.
     -- Еще  медленнее!  -- Приказывает Клочкед,  и поясняет, -- Мульку надо
бодяжить тихо, не  торопясь, без  суеты и оголтения. Это  же наркотик,  а  в
наркотике,  кроме  формулы,  действует и энергетика.  Как ты  сваришь, так и
подействует. Какое у тебя настроение, когда бодяжишь, так и тянуть будет.
     На хуя  тебе ломовой приход и таска на пол часа?  Тут не надо хуем угли
ворошить,  надо нежно. Мулька, она ласку  любит.  Будешь с ней ласковым,  --
Вещал  Клочкед, наблюдая за тем, как  студенты  трясут  пузырьки, -- И она с
тобой по-хорошему. Будешь гнать, суетиться, и она такой же будет.
     Запомните, главное,  это то, что ты в  нее  вложишь. А вкладывать  надо
начинать  еще  до того как  пузырь  вскроешь. Погладь его, поговори  с  ним,
скажи: "Здравствуй, эфедрина гидрохлорид. Как поживаешь?  Как  самочувствие?
Не будешь ли ты против, чтобы я с легонца тебя окислил?"
     А  начиная  бодяжный процесс,  вы  должны уже  быть  в  том настроении,
которое  хотите  поиметь  от вмазки. Ну, конечно, не совсем  в том, а так, в
первом приближении.  Работать,  там,  --  Продолжал заливаться  Клочкед,  не
забывая наблюдать за трясущими Чевеидом Снатайко и Шантором Червицем, -- Или
просто оттянуться по кайфу, чтоб попиздить от души, или порисовать...
     И  когда  болтаешь,  пузырь  лучше  всего держать  не пальцами, а  всей
пятерней, чтоб мулька грелась,  чтоб проникалась твоим теплом, пронизывалась
твоей энергетикой, настраивалась на тебя, мудилу; чего трясти бросил, у тебя
там, отсюда вижу, еще все фиолетовое; тогда и кайф полнее, и приход смурнее.
     Когда все правильно сделано, бодяга сама оседает.  Расслаивается все на
три уровня.  Сверху пузыри, снизу  бутор коричневый а промеж ними -- чистяк.
Даже петуха не надо.
     Так что главное -- настрой.
     Если  настроился, то  кайф начинаешь  ловить  еще до  вмазки.  Минут за
десять.  Мулька странная  штука.  Наверное  в  ее  формулу входит  тахионная
составляющая. Слыхали про такое?
     Тахионы  -- это  частицы, которые идут  из будущего в  прошлое. Скажем,
задумал ты взорвать  тахионную  бомбу. А она  уже ебнула, но  один хуй, тебе
надо  потом  фитиль  запалить.  Так  и  мулька.  Если кайф  от  нее  просек,
обязательно надо  вмазаться, а то полетит к ебеням вся причинно-следственная
структура Вселенной.
     Врубаетесь? От нас зависит жизнь целой Вселенной!
     Ну, хватит.
     Шантор  Червиц и  Чевеид Снатайко, берущие на себя  ответственность  за
существование  нашего мира, прекратили трясти  пузырьки. Пока  что  они,  не
испытав  действие  настоящей мульки под  собственной  шкурой, не въезжали  в
гонки   Клочкеда.  Но  его  наметанный   взгляд  уже   улавливал  изменения,
происшедшие в этих ребятах. У  Шантора  Червица и Чевеида  Снатайко  яростно
блестели глаза, изо ртов стекали длинные нити слюны, их ноздри расширились и
из них вырывалось невидимое пламя.
     Но сами они этого не замечали и рассматривали на просвет получившуюся у
них жидкость.
     -- Пальцы с пробок не убирать! -- Посоветовал Клочкед.
     -- Во, расслаивается! -- Восторгнулся Шантор Червиц, наблюдая за  своим
пузырьком.
     -- И у меня! -- Захихикал Чевеид Снатайко.
     -- Следующая стадия -- вскрытие. Тихо! -- Рявкнул  Клочкед, увидав, что
Чевеид Снатайко готов отпустить палец, придерживающий резиновую  крышечку, и
сколупнуть ее.
     --  Запомните,  в   процессе  бодяжения  мульки   выделяется  некоторое
количество углекислого газа.  Его давление  может запросто выбить крышку. На
хуя это надо? Правильно, ни за хуй!
     Поэтому открываем осторожно, от себя. Брызги бодяги въедаются в ткань и
дают что? Лишние стремаки.
     Поехали.
     По воздуху, с легкими чпоками, пронеслись две струйки мелких коричневых
брызг.
     -- Ну, -- Потирал руки Клочкед, -- Теперь дегустация...
     Шантор Червиц и Чевеид Снатайко  обрадовано  заерзали на своих стульях,
собирая из деталей еще пару шприцов.
     --  Дегустировать буду я. --  Сказал Клочкед и оскалился в  недоуменные
грызла Чевеида Снатайко и Шантора Червица. -- Вату.
     Сполоснув баян  от уксуса, Клочкед нацепил на него толстую иглу и одним
профессиональным, годами  оттачиваемым  движением  накрутил  на  нее  ватный