Сначала посторонние люди не понимали: почему шум, гром, визг? О чем и к чему
песня? Но, разобравшись, они улыбались и кто про  себя, а кто и вслух желали
Георгию  счастливого пути. Когда они подходили к платформе, мимо станции, не
останавливаясь, проходил военный эшелон.
     В  первых вагонах  были красноармейцы.  Им замахали руками,  закричали.
Потом пошли открытые  платформ  с повозками,  над которыми торчал  целый лес
зеленых  оглобель. Потом --  вагоны с  конями.  Кони мотали  мордами, жевали
сено. И им  тоже закричали "ура". Наконец промелькнула платформа, на которой
лежало  что-то большое, угловатое,  тщательно укутанное серым брезентом. Тут
же, покачиваясь на ходу поезда, стоял часовой.  Эшелон исчез, подошел поезд.
И Тимур попрощался с дядей.
     К Георгию подошла Ольга.
     -- Ну, до свиданья! -- сказала она. -- И, может быть, надолго?
     Он покачал головой и пожал ей руку:
     -- Не знаю... Как судьба!
     Гудок, шум,  гром  оглушительного  оркестра.  Поезд  ушел.  Ольга  была
задумчива. В глазах у Жени большое и ей самой непонятное счастье.
     Тимур взволнован, но он крепится.
     --  Ну вот,  -- чуть  изменившимся голосом сказал он, -- теперь я и сам
остался один. -- И, тотчас же выпрямившись,  он добавил:  -- Впрочем, завтра
ко мне приедет мама.
     -- А я? -- закричала Женя. -- А они? -- Она показала на товарищей. -- А
это? -- И она ткнула пальцем на красную звезду.
     -- Будь спокоен!  -- отряхиваясь от раздумья, сказала  Тимуру Ольга. --
Ты о людях всегда думал, и они тебе отплатят тем же.
     Тимур поднял голову. Ах,  и тут, и тут не мог он  ответить  иначе, этот
простой и милый мальчишка!
     Он окинул взглядом товарищей, улыбнулся и сказал:
     -- Я стою... я смотрю. Всем  хорошо!  Все спокойны, Значит, и я спокоен
тоже!

     1940