- Здорово, Игоряша, - расцвел Виталий, - решил заглянуть к тебе с дамой.
   - Вот и чудесно, - ответил Игорь, провожая нас по московской привычке на огромную 
кухню.
   Скорее всего, чтобы получить такой тридцатиметровый "пищеблок", пришлось ломать 
несколько стен. Архитекторы царской поры полагали, что барин и барыня станут вкушать 
яства в столовой, а готовить будет кухарка - ей много места не нужно. Кстати, и у 
французов кухни невелики - подавать пищу принято в комнатах... Но для бывшего советского, 
а ныне российского гражданина большое помещение с плитой - это не просто кухня, а вопрос 
престижа. Поэтому и крушим стены.
   - Ну, - обратился ко мне Игорь, - что будет пить дама? Ликер, коньяк, шампанское?
   Я оглядела абсолютно пустой обеденный стол и пробормотала:
   - Можно минеральной воды?
   - Витька, - восхитился хозяин, - где взял такую неприхотливую подругу?
   Орлов рассмеялся. Игорь открыл огромный четырехкамерный холодильник и принялся, 
насвистывая, разглядывать полки.
   В кухню легким шагом вошла полная женщина в шикарном халате - кимоно. Не обращая 
внимания на гостей, она повернулась к плите, взяла маленькую кастрюльку, накрытую 
крышкой, и так же молча удалилась.
   Странное поведение хозяйки озадачивало, и я пробормотала:
   - Наверное, ваша жена сердится, что мы заявились на ночь глядя да еще без звонка...
   - А, - отмахнулся Игорь, - у нее просто голова болит, не обращайте внимания. Ну, 
давайте за встречу.
   Мужчины принялись болтать об общих знакомых. Я тихонько сидела в углу, разглядывая 
хозяина. Игорь проделал большой путь, если Виталий не ошибался, называя его бывшим 
строителем. Во всяком случае, сейчас его руки блистали безупречным маникюром и белизной. 
Лицо покрывал ровный загар, но не тот, который украшает щеки каменщика, работающего весь 
день под палящим солнцем, а легкая коричневатая дымка, которую получают либо в солярии, 
либо на пляже. Учитывая стоящий на дворе декабрь, можно было предположить, что Игорь 
недавно вернулся из Таиланда, Индии или, на худой конец, Австралии. И вообще у него вид 
богатого человека - спокойный, уверенный, не суетится, разговаривает негромко, одет 
безукоризненно.
   - Виталий говорит, что вы филолог и без работы? - неожиданно обратился ко мне Игорь.
   - Да.
   - Грамотная?
   - Кажется.
   - Пишете без ошибок?
   - Как правило.
   - А с запятыми как?
   - Вроде нормально.
   - Чудесно, - обрадовался Игорь, - как раз ищу такого человека. Видите ли, я так и не 
закончил школу. Из восьмого класса вылетел за неуспеваемость, загремел в ПТУ, а там и не 
учили как следует. Вот штукатурить могу, а письмо написать или записку - нет. Ляпаю 
дурацкие ошибки... Витька говорил, что у меня детективное агентство?
   Я кивнула.
   - Так вот, клиентам приходится отчеты вручать, не хочется идиотом выглядеть, и я 
сотрудникам не рассказываю о проблеме. Нанимал разных людей, да все как-то не 
вытанцовывалось. Сначала учительницу русского языка пригласил, пенсионерку. Всем хороша, 
но замучила наставлениями. Выправит бумаги и объясняет: это по правилу безударных 
гласных, здесь чередование в корнях... Ну за каким шутом мне эта наука? Ладно, уволил. 
Нанял девчонку молодую, только-только Литературный институт закончила. Эта правила 
орфографии не объясняла, зато принялась править стиль. Ну, предположим, написано: объект 
ходил вокруг дома. Исправляет: объект обходил дом. Чувствуете разницу?
   Я кивнула.
   - Дальше - хуже, - продолжал Игорь. - Нашел профессиональную редакторшу из 
издательства "Наука". Всем хороша, но язык длиной в километр. Давай им махать, всем 
рассказывать об отчетах, ахать и ужасаться. Пришлось избавиться. Теперь место вновь 
вакантно. Можете хоть завтра начинать...
   Я возликовала. Ну кто бы мог подумать, что скучный вечер завершится таким изумительным 
предложением! Сначала стану "орфографическим словарем", а там, глядишь, и в агенты 
пролезу, главное - зацепиться.
   
   Глава 2
   
   В Ложкино я явилась около двух часов ночи. Сначала ужинала у Игоря, потом Виталий 
решил во что бы то ни стало отвезти меня домой. Представляю, как вытянулось бы у него 
лицо при виде нашего двухэтажного дома, стоящего в конце огромного участка... Пришлось 
соврать, что живу недалеко от ресторана, где Макс праздновал открытие магазина. Орлов 
галантно притормозил возле неказистого блочного домика, на который я указала пальцем. 
Скорее всего кавалер рассчитывал на приглашение и приятное продолжение вечера, но я 
быстренько сообщила, что живу с девяностолетней мамой и двумя не менее престарелыми 
тетушками. Бабули страдают старческой бессонницей, к тому же у них обостренный слух. 
Виталий недоверчиво хмыкнул, но уехал, не забыв на прощание попросить телефон. Я не 
растерялась и сообщила номер, только последнюю цифру назвала не правильно - не восемь, а 
семь. Орлов подождал, пока дама исчезнет в подъезде, и уехал.
   Я выскочила на темную, абсолютно пустую улицу и понеслась к замерзшему "Вольво". 
Конечно, Орлов милый человек, к тому же познакомил меня с Игорем, но заводить романы мне 
сейчас недосуг. Впереди маячит увлекательная работа в детективном агентстве. Как правило, 
все флирты заканчиваются одним и тем же - любовники, страшно злые друг на друга, 
разбегаются в разные стороны, проклиная день и час встречи. Ну прикиньте на минуту: 
сначала знакомство, потом ухаживание, следом интимные взаимоотношения, и через некоторое 
время наступает фаза скандалов, выяснения отношений и неизбежный разрыв. Куча разбитой 
посуды, горы оберток от выпитых успокаивающих средств и море слез... Так, может, лучше 
сберечь нервы и миновать промежуточные стадии? Сразу после знакомства переходить к 
разрыву?
   Дом встретил меня темными окнами. Конечно, все преспокойненько спят, никому нет дела 
до матери! Я повернула ручку, вошла в холл, зацепилась за что-то ногой и с ужасающим 
грохотом и звоном рухнула на пол.
   Послышались цоканье, разноголосый лай - в прихожую влетели все наши собаки: питбуль 
Банди, ротвейлер Снап, пуделиха Черри, йоркширская терьерица Жюли и английский мопс Хуч.
   Я не видела их в кромешной темноте, а только слышала возбужденное дыхание. Всю жизнь 
сама любила животных, а подрастающие дети регулярно тащили в квартиру больных бездомных 
собачек и кошек.
   Однажды я выворачивала карманы школьных брючек Аркашки перед стиркой. Там, как 
правило, находился всякий мусор: гвоздики, липкие леденцы, кнопки, палочки, крошки... Но 
в тот раз выпал только очень грязный скомканный носовой платок. Ничего не подозревая, я 
развернула его и заорала как невменяемая. Внутри оказалась дохлая мышь. Вызванный на 
допрос первоклассник, глотая слезы, сообщил, что в школе травили хвостатых. Один грызун 
выскочил прямо под ноги Кеше. Мальчик пожалел беднягу, закутал для тепла в носовой платок 
и сунул в карман. Потом, конечно, забыл. Установить причину смерти мыши оказалось 
невозможно: то ли скончалась от яда, то ли отбросила лапки в результате трогательной