всех манипуляций стрелка весов Люлю колебалась между 90 и 95 кг. Но стоило ей начать есть 
по-человечески, как мерзкий измерительный прибор демонстрировал ровно центнер. В 
результате подруга наплевала на все фармакологические новинки и раз в месяц голодает 
неделю.
   - Опять не выдержала? - спросила я.
   - И не говори, - отмахнулась Люлю, - в обед поела цветной капусты, на ужин выпила 
стакан кефира. Еле-еле дождалась, пока Степа уснет, чтобы пойти на кухню. Вот! - И она 
показала два огромных бутерброда с холодной жирной бужениной и маринованными огурцами.
   Сандвичи выглядели так соблазнительно, что мой рот, как у собаки Павлова, моментально 
наполнился слюной.
   Лариса заметила глотательное движение и хихикнула:
   - Будешь свининку?
   Минут через пять мы подмели пол и сели за большой стол, накрытый красной клеенкой.
   - Ой, как хорошо, - счастливо пробормотала Лариса, отправляя в рот гигантские куски.
   - И зачем себя мучить? - удивилась я. - При твоем росте и широких костях девяносто 
вполне нормальный вес. Сколько в тебе - метр восемьдесят?
   - Метр семьдесят семь, - пробормотала с набитым ртом Лариса, - только попробуй 
объяснить это Степану. Видишь ли, у него в детстве перед глазами мельтешилась засушенная 
козявка Фрида, и теперь у мужика выработался четкий стандарт: дама должна выглядеть как 
мумия. А я никак не подхожу под стандарт. Ну теперь все, скоро стану тощая, как селедка! 
Знаешь, сколько сейчас вешу? 83 килограмма!
   И она победоносно посмотрела на меня.
   - Как тебе это удалось?
   Люлю вытащила из кармана большой пластмассовый флакон, наполненный огромными 
желатиновыми капсулами.
   - Вот смотри, только никому не рассказывай. Я только притворяюсь, что сижу на диете.
   - А что это?
   - Новое средство для похудения на основе гормонов щитовидной железы, последнее 
достижение медицины.
   - Не боишься окончательно испортить здоровье? И потом, какие большие! Проглотить 
невозможно.
   - Да уж, тут недоработка, к тому же лопать надо по восемь штук на прием, замучаешься 
запивать. Но действует! Килограммы так и улетают. И она с удвоенной силой накинулась на 
буженину. Наевшись, выпила две большие чашки чаю и удовлетворенно заметила:
   - Скоро жизнь изменится к лучшему.
   - Надеешься стать тощей и потому счастливой? - ухмыльнулась я.
   - Да нет, - ответила Лариса, - надеюсь раз и навсегда заткнуть Фриду. Появилась такая 
возможность.
   Старуха Войцеховская терпеть не могла невестку. И ее ненависть распространилась на 
Степана и Мишеньку. Фрида производила впечатление вздорной бабы. Постоянно цеплялась к 
Люлю, ей не нравилось в невестке буквально все: одежда, косметика, привычки. С особым 
удовольствием она говорила Ларисе гадости при посторонних. И то, что невестка никогда не 
отвечала свекрови, никак не реагировала на нападки, просто бесило ее. Чем больше злилась 
Фрида, тем спокойнее и ровней казалась Лариса. Когда друзья ей выражали сочувствие, Люлю 
отвечала со вздохом:
   - Старость не радость, еще неизвестно, во что мы превратимся; может, вообще лишимся 
разума.
   Благодаря такой манере поведения Лариса выглядела просто святой в глазах мужа, мать же 
он постоянно ставил на место, правда, делал это очень осторожно. Иногда Люлю в 
присутствии свекрови небрежно роняла:
   - Дорогой, тебе следует быть более терпимым с мамой, помни о ее больном сердце. 
Подобная забота доводила Фриду до исступления, и однажды она швырнула в невестку утюг. Но 
после почти двадцати лет брака со Степаном Лариса иногда позволяла себе огрызнуться. 
Именно это можно было наблюдать сегодня за завтраком. Но заткнуть свекровь навсегда?
   - Как, интересно, ты думаешь это сделать? - спросила я. - Фрида незатыкаема.
   - Ха, - откликнулась Люлю, - я тоже так полагала. Но недавно кое-что узнала про нашу 
латышку. Говорят, у каждого есть небольшой скелет в шкафу. А у моей свекрови - целый 
скелетище. И стоит мне заговорить, как она лишится всего, в первую очередь своего 
честного имени. До чего же она мне надоела! Столько лет шипела, что она настоящая 
Войцеховская, а я наглая беспородная дворняжка. Зато сегодня отлились кошке мышкины 
слезки. Видела бы ты, как она умоляла меня никому ничего не сообщать. Ну уж нет, завтра 
же расскажу все Степе, а за обедом, при всех, выложу новость Петьке с Анной. После этого 
Фрида станет по струнке ходить.
   На следующее утро к завтраку подали омлет с сыром. После завтрака Маша, Мишка, Степан 
и Люлю отправились в питомник. Серж и Лена засели в кабинете, шелестя какими-то бумагами. 
Кирилл и Диана отправились обозревать окрестности. Доктор мило пригласил меня пойти с 
ними, и мы гуляли почти до четырех часов. Снегопад прекратился, выглянуло яркое солнце. 
Обошли весь городок, накупив кучу ненужных сувениров, и выпили вполне приличный кофе в 
заведении с овощным названием "Помидор".
   Обедали Войцеховские в пять. Я успела принять ванну, высушить волосы и спустилась в 
столовую в чудесном настроении, которому также способствовал восхитительный запах 
жаркого. Все уже собрались за столом, не было только Люлю и Фриды. Не успела я развернуть 
салфетку, как в комнату бодро вкатилась старуха со словами:
   - Страшно проголодалась.
   Она оглядела стол и завопила:
   - Подавайте мясо, все в сборе.
   - Мама, - укоризненно проговорил Степан, - разве ты не видишь, что Люлю еще не 
подошла? Надо подождать.
   - Трудно не заметить отсутствие такой хрупкой нимфы, как твоя жена, - ехидно процедила 
старуха. - Обед подают в пять, а сейчас уже четверть шестого, нечего опаздывать. Мясо, 
наверное, перестояло и потеряло всякий вкус.
   - Сегодня щенилась Кнопка, Лариса устала, - примирительно сообщил Степа.
   - У каждого свои проблемы, - не унималась мать, - и потом, семеро одного не ждут. 
Подавайте мясо!
   - Миша, - вмешался Петя, - поди поторопи мать, а то правда очень хочется есть. Мальчик 
послушно вылез из-за стола.
   - И скажи, чтобы не помадилась, макияж ее не украшает, - крикнула Фрида и принялась 
накладывать в тарелку салат.
   Все молча смотрели, как она жадно и неаккуратно ест.
   "Господи, - пронеслось у меня в голове, - не дай бог дожить до такого возраста и 
мучить детей. Лучше попасть под автобус и скончаться на месте".
   - Сегодня изумительная погода, - сказал Серж, чтобы разрядить обстановку.
   - Наконец-то прекратился снег, - заметила Лена.
   - Надеюсь, что потеплеет, - с благодарностью подхватил эстафету Степан.
   Раздался жуткий грохот, бокалы на столе отозвались похоронным звоном.
   - Опять эта дрянь свалилась, - заметил Петр.
   - По-моему, портрет следует выкинуть раз и навсегда, - заявила Анна.
   - А ты не распоряжайся у меня в доме, - ощетинилась Фрида.
   На пороге появился Мишенька, он подошел к отцу и принялся шептать что-то ему на ухо. 
Степан улыбнулся и потрепал мальчика по голове.