- Ой, - воскликнула девчонка, - помню! А это правда, что у вас покойник ожил?
   - Да.
   - Ну прикол! Алам зачем звоните?
   - Танечка, мы захлопнули гроб, а открыть не можем.
   - Зачем?
   - Что - зачем?
   - Открывать зачем?
   - Там человек.
   - Какой?
   - Мой сын, хотим его вынуть.
   Секунду Танюша помолчала, потом осторожно спросила:
   - Он живой?
   - Конечно.
   - Почему же в гроб залез?
   - Померить хотели, годится ему такой или нужен большего размера.
   Таня вновь лишилась дара речи, но потом справилась с собой:
   - Ага, про запас купили, правильно?
   - Танечка, - вздохнула я, - даю честное слово, что изложу все в деталях, только позже, 
а сейчас объясните, как открыть гроб.
   - Он щелкал?
   - Не понимаю...
   - Ну, когда захлопывали, щелчок слышали?
   - Да, такой тихий, трык!
   - Значит, все.
   - Как все? - обомлела я.
   - Не надо было крышку до конца надвигать, ее только на кладбище толкают до упора, 
перед тем, как опустить в могилу.
   - Мы собирались кремировать, - невпопад сообщила я.
   - Можно и в крематорий, - ответила Таня, - разницы никакой, горит отлично и вредных 
примесей не выделяет, потому как выполнен из экологически чистого сырья, мы заботимся об 
охране окружающей среды.
   Понимая, что служащая сейчас начнет цитировать рекламный буклет, я прервала ее:
   - Открыть его как?
   - Никак.
   - Но что за ерунда! - возмутилась я. - А если понадобится человека вынуть! Кто же 
такую глупость придумал!
   - Так ведь не комод, - резонно парировала Таня, - покойника туда-сюда не таскают, 
положили - и готово, пожалуйте в могилу! Это только у вас ерунда все время приключается: 
то труп ожил, то снова в гробик полез, на примерку!
   Я отключилась.
   - Ну, - налетела на меня Зайка, - говори...
   - Вроде никак, - осторожно сообщила я, - закрыли, простите за идиотский каламбур, 
насмерть!
   Ольга зашлась слезами.
   - Говорила же, спасателей надо! - завопила Маняша.
   - Он не задохнется? - спросила Поля.
   - Нет, - успокоил Федор, - крышка вон какая высокая...
   Спасатели приехали моментально, такое ощущение, что они стояли у нас прямо за углом. 
Три парня в оранжевых куртках вошли в холл, один громко завел:
   - Ну, что тут имеем...
   Но потом его взгляд наткнулся на гроб. Парень увидел плачущую Зайку, взволнованную 
Маню, меня с перекошенным лицом и осекся.
   - Простите, пожалуйста.
   - Ничего, - сказала я, - сделайте милость, откройте гроб, мы случайно толкнули крышку, 
она захлопнулась, и сработал запор.
   - А зачем... - начал было другой мужик.
   Но мне жутко надоела вся ситуация, и я весьма грубо заявила:
   - Ребята, либо делайте дело, либо уезжайте, разговаривать, ей-богу, больше не можем.
   - Не волнуйтесь, - сказал первый, - ща выполним. Толян, неси резак.
   - Осторожно, - завопила Зайка, - не попортите!
   - Успокойтесь, - ответил Толя, - гробик останется как новый.
   - Черт с ним, - взвилась я, - Кеше не сделайте плохо.
   - Это кто? - спросил Толя.
   - Муж мой, - зарыдала Ольга, - он внутри...
   - Слышь, Колька, - сказал Толя, - может, лапкой отожмем? Ненароком заденем резаком. 
Девку-то жаль.
   - Попробуем, - вздохнул Коля.
   На свет появились какие-то железки. Парни изловчились, и, о радость, темница 
распахнулась. Появилось бледное лицо Кеши с закрытыми глазами.
   Толя перекрестился.
   - Господи, чего только за рабочую смену не увидишь!
   - Аркашка, - бросилась к мужу на грудь Ольга, - Аркашик, тебе плохо!
   Сын открыл глаза, зевнул и сказал:
   - Наоборот, просто замечательно. И не представляете, как здорово иногда оказаться в 
одиночестве...
   - Мама, - взвизгнул Толя, - он ожил!
   - ..., - выпалил Коля и попятился к двери, - ...!!!
   Видя, что парни находятся на грани обморока, я быстро сказала:
   - Он и не умирал!
   - А гробик-то, гробик, - бестолково повторял Коля, пятясь к выходу.
   - Гроб никому не отдам, - резюмировал Аркадий, - занесу к себе в комнату и буду в нем 
спать. Просто класс, абсолютно вас не слышно. Теперь понимаю Дракулу, а то все думал: ну 
чего он решил в таком странном месте ночи проводить... Знаю, знаю, тишины искал, небось 
тоже имел болтливую женушку, крикливую сестричку и ненормальную мамашу.
   - Урод! - завопила Зайка и, резко развернувшись, понеслась по лестнице вверх.
   
   ГЛАВА 6
   
   На следующий день, около полудня, я с радостью констатировала, что в доме никого нет. 
Вообще никого, кроме меня и собак. Зайка и Аркадий укатили на службу, Маня в школу, Ирка 
унеслась в химчистку, Катерина на рынок, а гадкие киношники обещали явиться только к 
трем. Полины также не было, что совершенно неудивительно. Она небось с девяти часов сидит 
в аудитории и пытается прожевать гранит науки.
   Радуясь неожиданному счастью, я выпила кофе, почитала газету и выкурила сигарету. 
Вообще говоря, дети категорически запрещают мне дымить в доме. Летом я отправляюсь в сад, 
а в холодное время года мне предписывается ютиться в крохотной каморке под лестницей, где 
Ирка складирует тряпки, ведра, пылесос и бытовую химию. Причем геноциду подвергаюсь 
только я. Гостям, выгаскиваюпщм пачки сигарет, мигом с улыбкой подставляют пепельницы. Но 
как только я во время какого-нибудь сборища достаю свои любимые "Голуаз", как моментально 
появляется Аркадий или Зайка и шипят, словно разбуженные эфы: