Лиза вправду походила на девочку. Тоненькая, коротко стриженная, с круглыми грустными 
глазами. Если бы не четырехлетний малыш, самозабвенно катающий по коридору самосвал, дала 
бы ей от силы семнадцать лет.
   - Что вам нужно? - испуганно сказала женщина, впуская меня в коридор. - Если по поводу 
"Комфорта", то я ничего не знала о делах мужа и не отвечаю за них.
   Я прикинулась удивленной:
   - "Комфорт"? Я из отдела опеки, проверяем бытовые условия детей-сирот. Вам не нужно 
место в интернате?
   - Нет, - покачала головой Лиза, - абсолютно не нужно.
   - Все-таки надо поглядеть на детскую комнату и заполнить анкету.
   - Какую? - изумилась женщина.
   - Ваш ребенок стоит на учете, как потерявший отца. Если отказываетесь от интерната, 
заполним специальную бумагу, вынем ваш адрес из картотеки и отдадим место нуждающимся.
   Вдова кивнула головой, и мы пошли в комнату. Похоже, что Слава успел хорошо обеспечить 
семью. Детская буквально ломилась от дорогостоящих игрушек: конструкторы "Л его", 
радиоуправляемые машины, гора мягких игрушек. Новехонькая мебель светлого дерева и 
кроватка, застеленная миленьким пледом с героями диснеевских мультиков. Ольга совсем 
недавно купила такие для близнецов, и я знала, сколько они стоят.
   Лиза села в большое кресло, я устроилась за письменным столом, вытащила из сумки 
блокнот и с серьезным видом спросила:
   - Фамилия, имя, отчество и год рождения.
   - Елизавета Константиновна Демьянова, 1972 года рождения.
   Надо же, Аркашкина ровесница. Я записала все старательно на листке и, придав голосу 
сочувственный тон, поинтересовалась:
   - Супруг-то отчего скончался? Небось на автомобиле гонял?
   - Что вы, - вздохнула молодая вдова, - Славик аккуратно ездил, все правила соблюдал. 
Его отравили конкуренты.
   - Как? - изобразила я полное удивление. - Как отравили?
   - Да, - подтвердила Лиза. - Муж организовал риэлторскую контору, работал честно, не то 
что другие. Это, конечно, многим не нравилось. Как же, все торговцы недвижимостью в 
говне, а он в белом фраке. И потом, на рынке жилья сразу разнесся слух, что Демьянов 
абсолютно не криминальный человек, ну клиенты и повалили. На мужа несколько раз наезжали 
"братки", но он отбился, и нас вроде оставили в покое. Год тому назад, перед майскими 
праздниками, он задержался на работе. Ждала его до часа ночи, стала волноваться, тут как 
раз из милиции и позвонили.
   Оказывается, где-то часов в восемь к Славе пришли сразу три посетителя: двое мужчин и 
одна женщина. Всех угощали кофе. Последней уходила женщина, она закрыла дверь и сказала 
секретарше:
   - Господин Демьянов просил вас его не беспокоить.
   Девушка покорно прождала до десяти вечера. Ее не удивило, что в столь поздний час 
Слава не покидает контору. Когда намечалась выгодная сделка, хозяин мог и до полуночи 
задержаться, но в 22.00 он все же отпускал Людочку домой.
   В четверть одиннадцатого Люда робко постучалась в кабинет, потом, не дождавшись 
приглашении, заглянула внутрь. Хозяина не было. Удивлении" секретарша вошла в кабинет и 
обнаружила Главу лежащим на полу позади письменного стола. Мужчина уже начал коченеть. 
Девушка вызвала •Скорую помощь", но медики только развели руками и сообщили в милицию.
   Прибывшие сотрудники уголовного розыска оказались оперативными и знающими 
профессионалами. Они взяли на анализ оставшуюся в чашках кофейную гущу и к обеду 
следующего дня, после "скрытия тела, точно знали, что Демьянов принял огромную дозу 
дигоксина. Вообще-то, довольно хорошего сердечного средства, если только употреблять его 
микродозами, а не стаканами.
   Больше всего досталось бедной Людочке, ведь это она варила и подавала злополучный 
кофе. Но секретарша упорно твердила, что приготовила три порции. Две выпили мужчины, а 
третью - мило улыбающаяся женщина.
   - Конкуренты киллершу наняли, - вздыхала
   Лиза, - очень кому-то удачный бизнес мужа поперек горла встал. Как раз за два дня до 
смерти Славик пришел и радостно так говорит: "Ну, котик, дельце сегодня провернул, просто 
блеск, в четверг деньги получу". В четверг его и убили.
   Я поинтересовалась невзначай, где живет секретарша Людочка, и откланялась.
   Домой прикатила часам к пяти. Не успела войти, как Зайка сообщила, что звонил какой-то 
мужчина, назвался капитаном Евдокимовым и просил приехать завтра в девять утра в 
отделение милиции на Шальневской ушце. Интересно, мне что, теперь совсем спать не дадут?
   
   ГЛАВА 6
   
   Капитан Евдокимов оказался потрепанным мужчинкой неопределенного возраста. В глазах 
бравого сыскного волка сквозила тоска, ему до смерти, очевидно, надоела работа, не 
приносящая ни денег, ни славы. Поддернув рукава довольно потрепанного свитера, он 
вздохнул и начал оформлять допрос свидетельницы. Но я не могла сообщить ему ничего 
интересного. Просто видела, что укол сделала другая медсестра, не Галя.
   - Отчего решили, что вошедшая не Величко? Сообразив, что это фамилия Гали, я ответила:
   - Процедурная медсестра маленького роста, щупленькая, а вошла полная, высокая женщина. 
Евдокимов вздохнул:
   - Величко покрываете! Я обозлилась:
   - Даже не собираюсь, поскольку здесь она ни при чем.
   И тут затрещал пейджер. На экранчике высветилось: "Срочно позвоните. Павловская". Я 
вытащила мобильный.
   - Деточка, - возрадовалась Виолетта, - как вы аккуратны, сразу перезваниваете. А у 
нас, знаете ли, просто аврал. Давление у меня совсем зашкалило, в квартире грязь, пух уже 
полетел. Помогите, пожалуйста. Настенька-то, наша палочка-выручалочка, ведь уехала.
   Я пообещала приехать через час, захлопнула крышечку сотового и уставилась на 
Евдокимова.
   Капитан махнул рукой.
   - Езжайте по своим делам. Позову, если понадобитесь.
   - Скажите, от чего умерла Катюша? Милиционер закурил необычайно вонючую сигарету и 
сообщил:
   - Вот вы покрываете Галину Величко, а она ввела в вену Виноградовой дигоксин. Может, и 
без злого умысла, просто перепутала препараты, но женщина-то скончалась, и манипуляции 
медсестры попадают под действие Уголовного кодекса.
   - Кто будет хоронить Катюшу? Евдокимов пожал плечами.
   - Скорей всего за счет государства, в общей могиле зароют. Родственников никого, сын 
на зоне отбывает.
   Я содрогнулась: "Бедная женщина!.."
   - А можно мне забрать тело?
   - Только родственникам, - твердо сказал капитан.
   - Послушайте, - попробовала я разжалобить стража порядка, - что будет плохого, если 
несчастная получит могилу? Сын освободится, даже поплакать негде.
   - Сыночек у нее уголовник, - отрезал Евдокимов, - такие не очень-то по матерям 
убиваются. Небось рад до смерти, что ему квартира досталась. Только зря ликует, может без 
жилплощади остаться. Ему еще пять лет баланду хлебать, коммунальные услуги кто платить