телевизор или утюг... В дом Ваня ходит редко, предпочитая проводить время в сторожке. На 
кухне хозяйничает Катерина. Женщина шумная, языкастая и ехидная. Я ее побаиваюсь. 
"Пищеблок" повариха считает своей вотчиной и крайне нервно реагирует, если Зайке приходит 
в голову идея испечь кекс. Впрочем, готовит Катерина восхитительно, а ее любовь к чистоте 
перешла в манию. Ей-богу, она бы с удовольствием выдавала всем, пересекающим порог кухни, 
белые халаты и бахилы. Единственная женщина, которой позволяется открывать крышки 
кастрюль и бесцеременно обнюхивать готовящиеся кушанья, - это моя подруга Оксана, хирург 
по профессии, завоевавшая любовь кухарки после того, как удалила той щитовидную железу. И 
только от Оксаны Катерина терпит замечания типа: "Соли мало".
   Если подобный совет попробую дать я, меня просто вытолкают взашей с громким 
заявлением: "Коли по-вашему сготовлю, отрава получится".
   Стиркой, уборкой, глажкой, сменой постельного белья, равно как и покупкой продуктов, 
занимается Ирка. И вот ведь парадокс. Капризный Аркадий, стабильно отказывающийся от всех 
кушаний и требующий, чтобы ему с курицы всегда снимали кожу, а из какао удаляли пенку, 
ходит у
   Катерины в любимчиках. Для него готовятся несъедобные, на мой взгляд, блюда: манный 
пудинг и протертый суп из зеленого горошка. Причем, если еда остается нетронутой, у 
Катерины на лице возникает тревога, и она потихоньку тащит угощение в кабинет или спальню 
к любимому хозяину и воркует:
   - Аркадий Константинович, миленький, хоть ложечку проглотите! Вот крем из чернослива, 
только для вас старалась.
   Никто из нас более не удостаивается такой заботы, и я могу целую неделю выпрашивать 
эклеры, получая в ответ категоричный ответ:
   - Вам лучше их не есть, печень взбесится.
   К слову сказать, с печенью у меня полный порядок, просто Кешка не любит пирожные.
   Ирка тоже расцветает улыбкой при виде Кеши и буквально вылизывает его кабинет. Она 
ухитряется, протирая письменный стол, класть все документы, бумаги и бумажонки нашего 
адвоката в таком же порядке, вернее, беспорядке, в котором они находились до того, как 
домработница вкатила в помещение пылесос.
   В моей комнате она не церемонится и, недолго сомневаясь, укладывает все ровными 
стопками, и я, скрипя зубами, отыскиваю нужные вещи часами. Между прочим, Ольгу никто из 
прислуги не величает по отчеству, а на меня они посматривают снисходительно, считая 
абсолютно бесполезной личностью.
   Если выстроить иерархическую лестницу, то на самом верху, безусловно, окажутся Аркадий 
и Машка, затем пойдут наши собаки, кошки, хомячки, попугай и жаба. Прислуга обожает 
животных Затем - место Ольги, и только потом с сильным отрывом иду я. Лишь один человек в 
доме, няня близнецов Серафима Ивановна, считает меня за хозяйку и прислушивается к моим 
указаниям. Все остальные искренне считают, что мое место в гостиной, в углу, в кресле, с 
книгой в руках, желательно с плотно закрытым ртом
   - Машенька завтракала?
   - Маша ушла к Сыромятниковым, - пояснила Ирка, - у них кот заболел, Клаус.
   - Значит, дома никого?
   - Нет, - буркнула она, унося грязную посуду.
   Вот и отлично, сейчас налью ванну, лягу в воду и... Во дворе раздался шум мотора, 
потом короткий звонок, затем Ирка, просунув голову в комнату, оповестила:
   - Гостья приехала, впускать?
   - Ты же, наверное, уже сказала, что хозяйка дома? - безнадежно спросила я, чувствуя, 
как перспектива принять водные процедуры быстро тает.
   - Ага, - подтвердила Ира.
   Дверь распахнулась, и вошла Галка Верещагина. Сегодня на ней был строгий серый костюм 
и нежно-розовая блузка, совсем не сочетавшаяся с ярко-рыжими волосами.
   - Привет! - улыбнулась бывшая соседка и, окинув взглядом мой халат, спросила:
   - Надеюсь, не разбудила?.
   - Нет, нет, просто я шляюсь по дому чучелом. Впрочем, Ира, дайте кофе, Галя, ты выпей 
пока, а я оденусь.
   - Мне плевать, как ты одета, - фыркнула Галка, - в былые времена ты не слишком нас 
стеснялась.
   Это правда, мы забегали друг к другу запросто, без церемоний, частенько в неглиже. Но 
прошло слишком много времени со дня нашей последней встречи, я уехала с детьми из 
Медведкова восемь лет назад, еще будучи бедной преподавательницей Просто Аркашка женился 
на Зайке, а у той было собственное жилье. Мы и объединились, выменяв себе более 
просторную квартиру...
   Поэтому сейчас, оставив Галку одну, я сгоняла наверх и быстренько натянула бриджи и 
пуловер
   - Как дела? - вежливо поинтересовалась я, вбегая в гостиную.
   - Словно сажа бела, - хмыкнула Галя, - дом и двор полны милиции.
   - Что говорят?
   Галка одним махом опустошила чашку.
   - Глупости в основном. Произошел несчастный случай. Якобы Лена за ужином водки под 
блины выпила и в конюшню отправилась, а Лорд нюхнул алкогольное амбре, обозлился, сшиб 
бабу, а потом копытом по голове...
   - Ужасно, - прошептала я, - бедная Лена, жуткая смерть, да и Лорд выглядел таким 
милым, что теперь с ним будет?
   Галя побагровела и сломала пальцами зубочистку.
   - Вчера, после того как вы уехали, мы спать пошли, Михаил вроде нормальный был. А 
утром встаем, его нет, идем на конюшню, и Лорд исчез. Конюх говорит, часа в два Каюров 
вошел и забрал коня, покататься решил, от бессонницы... Васька и вывел жеребца... А в 
пять Михаил возвращается, один, пешком.
   Василий удивился:
   "Где Лорд?"
   Каюров спокойно ответил:
   "Пристрелил".
   Василий обомлел:
   "Как?"
   "Просто, - объяснил мужик, - сунул пистолет в ухо и привет".
   "А тело где?" - заикался конюх.
   "По мобильному "Скорую ветеринарную" вызвал, - отрезал Михаил, - увезли Лорда!"
   "Господи, - вздыхал Вася, - да зачем? Такой конь! Красавец, умница..."
   "Он убил мою жену, - рявкнул Михаил, - я его и казнил, незачем убийце жить!"
   Растерянный Васька не нашелся что ответить, а Каюров влез в свой "Мерседес" и был 
таков...
   - Вот беда, - пролепетала я.
   - Это еще не катастрофа, - вздохнула Галя, - несчастья впереди. Ровно в девять утра 
позвонил Шабалкин, знаешь такого?
   - Депутат?
   - Точно, он у нас трех жеребцов держит. Спросил, правда ли, что на конюшне вверенный 
нам жеребец убил женщину, и велел готовить своих коней к отправке. Через полчаса точно с 
таким же разговором заявились Колосов, певец, и Ангелина Конт, журналистка с телевидения. 
Одним словом, сейчас у нас осталось вместо двадцати пяти только семь лошадей, это из тех, 
что на постое были, да и то, думаю, завтра-послезавтра заберут и последних.