- Господи, - застонала она, - говорила же ей! Сколько раз предупреждала, нет, ей 
словно глаза затмило. Богданчик, Богданчик... Вот, дождалась.
   - Чего? - осторожно поинтересовалась я.
   - Того! - рявкнула Нюша, - в ответ на свою любовь. Ах он, сукин кот, и она хороша, 
дрянь!
   - Кто?
   - Богдан! - заорала Нюша, теряя самообладание, - Богданчик, любименький. Вы-то все его 
обожали, одна я правду знала, да молчала, Надьку жалела. Намекала ей изредка, но с Надюхи 
все прямо стекало. Не понимала, что я имею в виду, или не хотела понимать...
   - Ты о чем?
   - Изменял он ей, - взвизгнула Алька, - баб имел кучу, про одну точно знаю! В 
туристическом агентстве "Ник-трэвел" работает. Такая блондиночка, серенькая, поглядеть не 
на что, а туда же, с женатым связалась. Гнида! Звать ее Марфой, ну и имечко! Такое же 
противное, как и сама бабища!
   - Послушай, - не выдержала я, - ты не врешь случайно, а? Богдан обожал Надю. У них был 
прочный брак, основанный на любви...
   - Вот и нет, - затопала ногами от злости Нюша, - он всех обманул, вокруг пальца обвел!
   - Откуда ты знаешь, да еще с такими подробностями, про имя и место работы этой особы?
   - Ха, слушай.
   Два года назад в Нюшиной жизни появился кавалер из военных. Ни по уму, ни по 
образованию он Шаховой в подметки не годился, но у Аньки напряг с мужиками. Очевидно, 
нюхом чуя исходящую от дамы редкостную стервозность, лица противоположного пола убегают 
при виде Нюши, словно резвые сайгаки. Поэтому, когда Константин предложил Шаховой 
провести с ним майские праздники в санатории под Москвой, Анька решила наплевать, что 
кавалер не правильно ставит ударение в половине слов и не читал Пелевина. В конце концов, 
когда тебе за тридцать, нужно хоть разок сбегать замуж, а потом, противно морщась, 
бормотать: "Ну уж больше никогда под венец не пойду, хватит, накушалась".
   Только из этих соображений Анюта и поехала с тяжелым сердцем в "Лесные зори". Она 
надеялась, что Константин сделает ей предложение. Но все оказалось очень плохо. В доме 
отдыха ее кавалер столкнулся с двумя сослуживцами и мигом напился.
   Нюша распсиховалась и убежала в номер. Примерно через час Константина буквально 
принесли и швырнули в койку. Дама не пожелала ложиться рядом с отвратительно воняющим 
кавалером. Переполненная злобой, она стащила матрас, бросила его в ванну и улеглась на 
импровизированное ложе, старательно обдумывая, что выскажет пьянчуге завтра.
   Сон не шел. Как назло в соседнем номере поселилась парочка, весьма довольная друг 
другом. Мужик и баба самозабвенно занимались сексом, причем выбрали они для этого ванну. 
Нюше было великолепно слышно все: охи, ахи, стоны. Мужик без конца бормотал:
   - Чья это попочка? Ну чья это попочка?
   Нюша вертелась под одеялом, надеясь, что страстные любовники утомятся. Куда там, 
создавалось такое ощущение, что у этих ребят просто неисчерпаемый источник сил. Услыхав в 
сотый раз "чья это попочка?", Нюша сначала хотела заорать: "Разберитесь, наконец, где чья 
жопа, и дайте спать". Но хорошее воспитание удержало ее от подобного поступка. Потом в 
соседнем номере начало твориться нечто невообразимое. Любовники, очевидно, переместились 
в комнату, потому что раздался треск, скрежет, гром... В конце концов Нюша, полная 
ярости, влезла в халат и вышла в коридор. Она постучала в дверь соседнего номера и уже 
совсем было собралась сказать его обитателям все, что о них думает, но слова застыли в 
глотке. Дверь распахнулась, на пороге возник одетый в роскошную шелковую пижаму... Богдан.
   Принято считать, что самую долгую паузу держат актеры МХАТа в последнем акте 
бессмертного произведения Гоголя "Ревизор". Поверьте, немая сцена в коридоре санатория 
оказалась более эффектной. Первой пришла в себя Анюта и от неожиданности ляпнула глупость:
   - Ну надо же! И вы с Надькой тут!
   Богдан стал похож на перезрелую клубнику.
   - Ну... это...Я... мы...
   - Что случилось? - послышалось из глубины номера.
   Из-за спины Богдана вынырнула тоненькая блондиночка, смахивающая на лабораторную мышь, 
ничего общего с красавицей Надюшей не имеющая. Богдан потерял сходство с клубникой и стал 
похож на баклажан.
   - В чем дело? - настаивала ничего не понимающая блондиночка.
   - Своими визгами вы не даете нам отдыхать, - сообщила Аня и ушла.
   Настроение у нее совсем испортилось. Если говорить откровенно, Нюша частенько 
завидовала Наде, имевшей счастливую семью. И вот такое приключение. Неожиданно Анюта 
заплакала, сама не понимая почему. В чувство ее привел легкий стук в дверь.
   - Открой, - прошептал Богдан, - поговорить надо.
   Аня вышла в коридор. Надин муж принялся болтать чушь о большой любви к жене, об 
огромном, светлом чувстве... Просил сохранить тайну...
   - Не дрожи, - оборвала его Аня, - я ничего не скажу, но не потому, что хочу тебя 
выручить. Надьку жалко, она умрет, ежели узнает.
   Утром Богдана и след простыл. То ли не захотел встречаться больше с Нюшей, то ли еще 
почему, но парочка прервала каникулы и уехала. Аня спустилась к администратору и спросила:
   - Простите, кто занимает шестнадцатый номер?
   - Шевцовы, - ответила дежурная, - а что?
   - Они просили у меня книгу Марининой почитать, - бодро соврала Нюша.
   - Они уехали еще до завтрака, - сообщила тетка, - оплатили десять суток, а умелись 
раньше.
   - Шевцовы, - протянула Нюша, вспомнив, что это фамилия Богдана, - муж с женой, что ли?
   - Ага, - кивнула дежурная, - Богдан и Марфа, ну и имена. Просто сказка! Первый раз 
такие услыхала.
   - С чего вы решили, что они семейная пара? - недоумевала Анюта.
   - Так я паспорт видела, - пожала плечами женщина, потом хитро прищурилась и 
поинтересовалась, - вы вроде с ними в соседнем номере, в 17-м?
   Аня кивнула. Администраторша захихикала.
   - На них уже жаловались из пятнадцатого. Говорят, всю ночь шумели, прямо эфиопские 
страсти.
   Анюта улучила момент и заглянула в книгу регистрации жильцов. Шевцова Марфа 
Георгиевна, место работы - "Ник-трэвел".
   - Вот он какой, - шипела Аня, - двуличный мерзавец... Водил Надьку за нос! Сколько раз 
меня так и подмывало правду ей рассказать, еле удержалась! Бедная, бедная моя Надюшка, 
господи, за что? Имей в виду, Лампа, если кто и желал ее смерти, так это та дама, Марфа. 
Ишь, женой прикидывалась, сучара гладкая! Хотя скорее всего дежурная наврала, никакого 
паспорта она не видела, небось сунул ей Богдашка деньги и все дела.
   
   ГЛАВА 7
   
   От Нюши я вырвалась только к четырем часам дня, страшно утомленная и злая. Ей-богу, 
выдержать такую порцию ненависти, которая исходит от Шаховой, не каждому по плечу. Анюта 
никак не желала отпускать меня, вываливая на голову невероятное количество сведений об 
общих знакомых. Шахова и впрямь все обо всех знала: кто чем болен, у кого сколько денег...
   С жуткой головной болью я доплелась до метро и встала на эскалатор.
   - Граждане пассажиры! - заорало радио. От неожиданности я чуть не свалилась со 
ступенек. Ну разве можно так пугать народ!