- Московский цирк на Цветном бульваре приглашает провести выходной день вместе с его 
артистами, - бодро вещал женский голос, - вас ждет незабываемое представление, воздушные 
гимнасты, акробаты, хищники и обезьяны на коньках! Все это - цирк на Цветном бульваре.
   - Обезьяна на коньках - это нечто, - неожиданно вслух сказала я и налетела на мужчину, 
сходившего с эскалатора впереди меня.
   Мужик резко обернулся и схватил меня за плечо.
   - Ты поаккуратнее насчет обезьяны на коньках, так и огрести можно!
   - Вы что? - изумилась я.
   - Это ты что, - обозлился вконец парень, - зачем обзываешься?
   Тут только я заметила, что у него через плечо висят два ботинка с коньками.
   - Так я обезьяна на коньках? - наседал мужчина, багровея. - А ну повтори!
   - Вы не так поняли, - залепетала я, - ей-богу, я не вас имела в виду.
   - Кого тогда? - набычился мужик, продолжая крепкими, просто железными пальцами сжимать 
мое плечо.
   - Ну радио все время говорит, послушайте, просто я повторила. Обезьяна на коньках! 
Ведь смешно.
   - Мне нет, - гаркнул парень.
   - Граждане пассажиры, - продолжала дикторша, - лучшее место для отдыха: солнечный 
Египет. Теплые воды...
   - И где тут про коньки? - поинтересовался мужик, подталкивая меня к стене. - Ну, ща 
получишь! Будет еще всякая шмакодявка надо мной издеваться. Никому не позволено смеяться 
над Николаем Гудковым, слышишь, ты, мышь белая.
   Он наклонился ко мне совсем близко, и я почувствовала сильный запах алкоголя. Хуже 
ситуации и не придумать. Мужик был "под мухой", в таком состоянии объяснить что-либо 
человеку невозможно. Дежурной возле эскалатора нет, милиционеров тоже, что делать?
   - Граждане пассажиры, - ожило радио, - Московский цирк на Цветном бульваре...
   - Во, - подскочила я, - слушай!
   Парень надулся, но, услыхав бодрое "и обезьяны на коньках", расцепил пальцы и, 
отпихнув меня, пошел к поездам. Хам даже не извинился. На всякий случай я подождала, пока 
поезда унесутся в тоннели, и только тогда прошла на платформу. Сколько еще сумасшедших 
бродит по столичной подземке?
   Турагентство "Ник-трэвел" находилось в районе метро "Новокузнецкая", в маленьком 
двухэтажном старомосковском доме. Я вызвонила почти всю карточку "Би плюс", пока узнала 
его адрес. Конечно, сотовый телефон - хорошая вещь, но денежки в нем так и тают, не 
успела оглянуться, а на счету осталось пятьдесят центов.
   Очевидно, "Ник-трэвел" процветающая контора, офис выглядел безукоризненно. В большом 
холле, сверкавшем лакированным паркетом, за красивым столом восседал молодой парень, 
окруженный техникой: компьютер, принтер, факс, парочка телефонов и еще какие-то 
незнакомые мне аппараты. Все гудело, мигало и звенело. Не обращая внимания на звуки, 
юноша расплылся в счастливой улыбке.
   - Рад, очень рад.
   На всякий случай я обернулась, вдруг сзади стоит еще кто-нибудь, кому адресованы 
приветливые слова. Но нет, оказалось, что служащий счастлив видеть именно меня.
   - У нас сегодня удивительное предложение, - тарахтел паренек, выхватывая левой рукой 
бумагу из принтера, а правой - листок, выползающий из факса, - исключительно интересное и 
выгодное. Кипр! Всего двести сорок долларов!
   - Скажите, - попыталась я прервать его, - Марфа Георгиевна у вас работает?
   - Шевцова? Да.
   Мальчишка поскучнел:
   - Ступайте в пятую комнату, по коридору налево.
   В комнате стояли три стола и сидела одна светловолосая женщина, щелкавшая мышкой.
   - Вы Марфа Георгиевна?
   Блондинка показала на пустой стол у окна:
   - Марфа дома, у нее ребенок заболел. Интересненько, значит, милая дама замужем и имеет 
чадо, а может, и несколько деток!
   - Не подскажете, как с ней связаться? Блондинка насупилась:
   - Зачем? Если по вопросу покупки тура, то можно со мной побеседовать, мы не даем 
домашние адреса сотрудников.
   - Понимаете, - забормотала я, - я в Москве нахожусь проездом, завтра улетаю, меня 
просили передать посылку общие друзья...
   - Погодите, - улыбнулась девушка, - сейчас. Она быстро потыкала пальчиком в кнопки.
   - Марфа? Привет, Зина беспокоит. Как там Варька? Ну не переживай, сопли пройдут. 
Слышь, тут пришла... простите, как вас зовут?
   - Евлампия Андреевна, можно просто Лампа. Зина хихикнула и продолжила:
   - Евлампия Андреевна говорит, что готова твою посылочку в Израиль Павлухе оттащить. 
Только она завтра уезжает, проездом в Москве.
   Трубка бурно запищала.
   - Вас Эмма Коган прислала? - спросила у меня Зина. Я кивнула.
   - Хорошо, хорошо, - бросила в телефон Зиночка, - не волнуйся.
   Она отсоединилась и велела:
   - Пишите. Улица генерала Малофеева, дом шестнадцать, квартира девять. Только не 
звоните, просто дерните за ручку, дверь будет открыта, там ребенок больной спит.
   Я вышла на улицу и понеслась к метро. Нет, все-таки у нас много ненормальных. Ну что я 
сказала этой Зине? Меня просили передать посылку общие друзья... честно говоря, я 
собиралась продолжить, мол, в ящичке сыр, быстропортящийся продукт, хочу отдать привет из 
Эстонии сегодня. Но Зина полезла поперек батьки в пекло и сама сделала не правильные 
выводы. Вроде того парня с коньками, услыхавшего про обезьяну. Но мужик был пьян, это его 
хоть в какой-то мере извиняет, трезвая же, как стекло, Зина просто не дала мне 
договорить. Отсюда мораль: никогда не перебивайте собеседника, вдруг в следующей фразе он 
сообщит совсем не ту информацию, которую вы ждали.
   Дверь и впрямь оказалась незапертой. Я вошла в просторную прихожую и покашляла. Из 
одной комнаты выскочила худенькая блондиночка, миниатюрная, изящная, с крохотными руками 
и ногами. Скорей всего она купила себе детские джинсы, потому что я, с моим сорок вторым 
размером одежды, казалась рядом с ней ожиревшей коровой. Лицо у Марфы было блеклым, в нем 
совершенно отсутствовали брови, ресницы и губы. Может быть, накрасившись, она выглядит 
привлекательно, но сейчас напоминала серый лист оберточной бумаги, по которому прошлись 
ластиком, стирая портрет, сделанный простым карандашом. Даже глаза у нее были бесцветные.
   - Вы от Эммочки? - прошептала Марфа.
   - Да.
   - Пойдемте на кухню.
   Закрыв дверь, Марфа улыбнулась.
   - Спасибо, что приехали. Варька грипп подцепила, скорей всего в садике, у них вечно 
все кашляют и чихают. Прямо беда, неделю ходим, три дома сидим, на меня уже на работе 
косо смотрят. Боюсь, выгонят скоро. Вам кофе или чай?
   - Лучше чаю, - попросила я.
   Марфа принялась ловко орудовать чайниками, пока она колдовала над заваркой, я оглядела 
стол и увидела чашки с надписями. На желтой стояло "Варя", на синей - "Богдан".
   - Какое редкое имя, - пробормотала я, показывая на кружечку, - никогда не встречала 
подобное.
   - Да уж, нам с мужем повезло. Чашку он привез из Киева, ездил в очередную командировку