школы, играла в классики с Марианной Ежовой. И ничего подозрительного не заметила.
   Девочка Ежова тосковала над сочинением "Meine Wohnung". Я преподаю французский, но 
немецкий немного знаю, и скудного запаса слов как раз хватило, чтобы описать квартиру. 
Повеселевшая Марианна радостно сказала:
   - Мне вас сам бог послал, а зачем пришли? Интересно, о чем думают родители, оставляя 
такого беспечного и бесхитростного ребенка одного. Впустила незнакомую тетку, подсунула 
той свои уроки и только потом интересуется целью визита!
   - Я работаю на телевидении, в детской редакции. Мы делаем передачу о ребятах вашего 
двора.
   - Ой, как здорово! - захлопала в ладоши девочка. - А про меня расскажете?
   - Обязательно, а с кем ты дружишь?
   - Значит так: Лара Костина, Вика Глаголева, Ксюша Павлова... - начала загибать пальцы 
Марианна.
   - А Полина и Надя Артамоновы?
   - Нет, - покачала головой девочка, - они "новые русские", всегда с няней гуляют, а 
нянька вечно кричит: "Надя, уйди от девочек, у них руки грязные!", "Поля, не давай им 
игрушки, испачкают!". Мы с ними не играем.
   - Ну не всегда же они с Зинаидой!
   - Всегда, - твердо ответила собеседница, - совершенно несамостоятельные.
   - А вот в понедельник их одних оставили, что же вы сестер поиграть не позвали?
   - Да ну их, - ответила Марианна. - Надя не хотела. Села с Полей на лавочку, сидит и 
молчит. Потом их девушка какая-то позвала, окликнула.
   - Какая девушка?
   - Красивая такая, черноволосая, в зеленом пальто. Вы "Иванушек" слушаете?
   Я покачала головой. Марианна расстроилась.
   - У Аполлона Григорьева такой пиджак есть, зеленый, блестящий, жутко клевый, я у мамы 
просила, а она не купила, дорого слишком...
   - Погоди-ка, - прервала я вдохновенное описание прикида, - и что же девушка сделала с 
Надей?
   - Ничего, поговорила, потом Надька взяла Полю, и они ушли.
   - Куда?
   - Не знаю, Витьке Гольянову чего-то сказали и побежали...
   Я отправилась на розыски Гольянова. Обнаружила во дворе, где он самозабвенно пинал 
дырявой кроссовкой пустую банку из-под кока-колы. Витька оказался золотым свидетелем.
   Во-первых, великолепно запомнил незнакомую девушку.
   - На Орнестину похожа, - заявил он уверенно. - Только не блондинка, а черноволосая. Я 
растерялась.
   - На кого?
   - Орнестина, девушка августа месяца из журнала "Петр", ресницы такие огромные и ноги 
красивые.
   Я посмотрела на двенадцатилетнего читателя журнала "Петр" и вздохнула.
   - Даже родинка у ней такая же, - добавил Витьки.
   - Родинка?
   - Ну да, у Орнестины над губой родинка, вы купите журнал и увидите. Ценная мысль.
   - А что сказала Надя, не помнишь?
   - Мне-то ничего, - буркнул мальчишка, наступая на хрустнувшую консервную банку, - а 
женщине той, в зеленом плаще, говорила: "Нам не разрешают со двора выходить, няня 
ругаться станет..."
   Он замолчал и сосредоточенно начал чесать макушку.
   - Дальше, - попросила я.
   - А что дальше, да ничего. Та тетка красивая ответила: "Со мной можно, давай мороженое 
купим, мамино любимое есть, плодово-ягодное".
   - Ну? - в нетерпении подтолкнула его я.
   - А что ну? - так же лениво отозвался Витька. - Они все пошли к ларьку, вон туда, - он 
указал рукой в сторону ворот, - а я домой побег.
   Отпустив мальчика, я вышла со двора на улицу и огляделась. Примерно метрах в ста от 
Лидочкиного дома выстроились несколько ларьков и палаток. Тут торгуют всякой всячиной - 
сигаретами, хлебом, овощами, пончиками, есть и ларек с надписью "Айс-Фили".
   Плодово-ягодное мороженое! Когда-то оно стоило семь копеек и казалось невероятно 
вкусным. Лидуся трепетно любила розоватую массу, разложенную в простые картонные 
стаканчики. Не жаловала ничего другого, ни "Баскин-Роббинс", ни сливочное, только простое 
фруктовое. Оно стало редкостью, и Лидушка, стоило ей увидеть любимое лакомство, закупала 
порций сразу штук тридцать. Если черноволосая девушка говорила про плодово-ягодное 
мороженое, значит, она бывала в доме Артамоновых.
   Я дошла до киоска и выяснила, что фруктовое лакомство не поступало в продажу с июля. У 
газетчика купила августовский "Петр" и уставилась на Орнестину. Да, редкая красавица. 
Пухлые губы и пикантная родинка в левом углу рта. Огромные порочные глаза, волосы цвета 
топленого молока, зато брови и ресницы просто смоляные. Под фотографией в рамочке 
написаны параметры: 92 - 57 - 92. Наверное, потрясающая фигура. Во всяком случае, на тех 
кадрах, где модель снята почти обнаженной, вид впечатляющий. Великолепной формы грудь, 
стройные ноги...
   - Хороша, канашка, - причмокнул губами лысоватый газетчик.
   - Да уж, - согласилась я.
   - Только для жизни такая ни к чему, - начал философствовать мужик, - щей не сварит, 
рубах не постирает...
   - Подобная красота редкость, - вздохнула я.
   - Видел на днях точь-в-точь похожую, - сообщил мужик, - еще подумал: ну как две капли 
Орнестина, только волосы черные. Еще девчонке ее плохо стало.
   - Какой девчонке?
   Газетчик, маявшийся от скуки, словоохотливо начал рассказывать.
   Он всегда стоит на одном месте. Девушку приметил сразу - впрочем, не обратить внимания 
на такую красотку невозможно. С ней были две девочки. Женщина подошла к киоску 
"Айс-Фили", потом повернулась к старшей девочке, достала из сумки платок и стала вытирать 
той нос. Через секунду эта девочка упала, а вторая стала плакать. Тут же подскочили два 
парня, подхватили детей и посадили в машину. Девушка влезла следом - и все.
   Мороженщица, толстая, ярко накрашенная бабка, тоже хорошо запомнила странный случай.
   - Подошла такая красивенькая и говорит: "Нам плодово-ягодного, побольше". Говорю, нет 
его, возьмите "Клубничку", а она к дочери повернулась и руками всплеснула: "Где ты, 
детка, так личико вымазала?!" И давай платком тереть. Вдруг девчонка - хоп, и упала, а 
младшенькая заревела.
   Женщина объяснила мороженщице, что у старшей дочери эпилепсия, а сестричка страшно 
пугается каждый раз.
   - Еще подумала, - сочувствовала баба., - такая красивая, обеспеченная, а на тебе - 
горе-то какое! И выглядела девчонка здоровой, что за болезнь такая, просто кулем 
свалилась. Хорошо, рядом отец на машине был...
   - Что за автомобиль у них, не помните?
   - Импортный, - уверенно ответила продавщица, - черный, блестящий, с капотом и 
багажником.
   Ага, и на четырех колесах, надо полагать. Чудные приметы, моментально найдешь такую 
машину.