Базиль вел дела. Но женский голос ответил, что хозяев уже неделю нет дома. Тогда страшно 
обеспокоенная Сюзи связалась с гостиницей "Интурист", где Базиль снимал номер. Ей 
сообщили, что господин Корзинкин отбыл на родину, в Париж, семь дней назад.
   И вот теперь, трясясь от ужаса, она кричала в трубку:
   - Даша, попробуй найти хоть какие-нибудь следы! Мне не доехать.
   К сожалению, у Сюзетты такой полиартрит, что руки и ноги похожи на птичьи лапы и 
передвигается она с трудом. Лет женщине немного, мы одного возраста, но болезнь сделала 
ее почти инвалидом.
   - Конечно, все будет в порядке, - принялась я утешать подругу, - говоришь, гостиница 
"Интурист"? А как зовут мужика, с которым он встречался в Москве?
   - Никитин Алексей Иванович, хозяин издательства "Свеча", - сообщила Сюзи, и связь 
прервалась.
   Я принялась тыкать пальцем в мобильник, но бесстрастный женский голос без конца 
повторял: "Абонент находится вне зоны приема".
   Я присела в небольшом кафе при магазине и попыталась собрать в кучку расползающиеся, 
словно муравьи, мысли. Базиль связан с этим Никитиным! Вот это да! Ведь именно его я 
обнаружила вчера мертвым в багажнике "Вольво".
   Один убит, а другой пропал!
   Снова затрещал телефон, и я нервно закричала:
   - Говори, Сюзи.
   Но это оказался Котов.
   - Ты что, мне это сокровище подарила? - возмущался стилист. - Приезжай немедленно, 
здесь народа полно.
   Наплевав на шторы, я покатила в салон.
   Котов и впрямь постарался на славу. Уж не знаю, какие усилия он приложил для 
достижения цели, но Галка смотрелась более чем прилично. Лицо приобрело благородный 
матово-белый оттенок, а веснушки пропали неизвестно куда. Глаза, подкрашенные умелой 
рукой, неожиданно засверкали, рот стал четким и аккуратным, брови приобрели иную форму... 
Но самая невероятная метаморфоза произошла с волосами. Кудри, ранее напоминавшие 
прошлогоднюю солому, были аккуратно подстрижены и красивой шапочкой облегали голову. Цвет 
их остался по-прежнему рыжим, только оттенок другой - не медная проволока, а свежая 
морковь.
   После всех изменений Галя стала походить на молодую, но, к сожалению, чрезмерно полную 
женщину.
   - Значит, так, - сообщил Леня, вручая мне километровый счет, - слушайте сюда. Самое 
красивое у данной дамы - ноги, поэтому никаких домашних тапочек и удобненьких мокасин. 
Только каблуки.
   - Да я никогда на них не ходила, страшно неудобно, - попробовала сопротивляться гостья.
   Но она не знала, с кем имеет дело. Робкие попытки Котов подавил в зародыше.
   - Только каблук. Станешь повыше, и жопа меньше покажется. Краситься запомнила как?
   Верещагина кивнула, не в силах выдавить ни слова.
   - Купи ей грацию, - крикнул нам вслед Леня, - и затяни жиры потуже, а еще лучше, если 
бабенка не пожрет неделю-другую...
   Это точно. У меня была тетка, полька по имени Кристина, сестра отца. В 1941 году 
бедняга попала в лагерь смерти "Освенцим" и ухитрилась выжить в нечеловеческих условиях. 
Тетя Кристина обладала своеобразным юмором и не терпела разговоров про диеты. Когда в ее 
присутствии заводили песню% "ничего не ем, а все равно толстею", старая дама сдвигала 
очки на кончик носа и заявляла:
   - В нашем бараке тучных не было.
   Впрочем, иногда она становилась совсем уж категоричной и советовала:
   - Жри меньше, должно помочь.
   Провожаемые любезным напутствием стилиста, мы отправились домой. Измученная наведением 
красоты, Галя отказалась от обеда и, выпив только стакан кефира, пошла наверх.
   И тут позвонила Алена. Новости выливались из нее буквально потоком.
   - Нашла страшно милого мужика, - щебетала она, очевидно, одновременно жуя орехи, 
потому что в мембране слышалось почавкивание и похрустывание.
   Кандидат и впрямь казался замечательным. Около сорока лет, доктор наук, безумно 
талантлив, никогда не имел жены и к тому же еще и круглый сирота. По мне, так такое 
случается только в сказках, поэтому тут же спросила:
   - Как познакомим?
   - Все чудесно складывается, - заверещала Алена, - пригласишь его к себе пожить 
месячишко. В твоем замке места на всех хватит!
   - С какой стати он вдруг ко мне поедет?
   - Говорю же, - радостно тарахтела подруга, - все просто чудненько. У него сгорела 
квартира, сейчас там ремонт, находиться в помещении невозможно, вот Миша и попросил 
подыскать ему пристанище на время, чтобы недорого...
   - Он что, снять не может? Пусть газету купит!
   - Слушай, - возмутилась Аленка, - ты хоть знаешь, сколько получает сотрудник в 
Курчатнике?!
   - Нет!
   - И не надо, все равно не поверишь. Потом, никто из хозяев не хочет сдавать квартиру 
на небольшой срок - невыгодно, в гостинице дорого... Так что давай я скажу ему, что ты 
хочешь помочь. Лучше повода для знакомства не придумаешь. Станут каждый день видеться, а 
там уж ты постараешься...
   - А квартира почему сгорела? - подозрительно осведомилась я. - Он не алкоголик?
   - Вообще не пьет, - заявила "сваха", - там какой-то случай вышел. Ну что, посылаю его 
к тебе?
   - Давай, - со вздохом решила я.
   Похоже, Аленка права, и лучшего способа познакомить этого Мишу с Галей нет. Придется 
потерпеть в доме постороннего мужика. Надеюсь, он регулярно моется и любит животных.
   
   ГЛАВА 3
   
   Утром разбудил трубный вопль близнецов. Анька ухитрилась удрать от Серафимы Ивановны, 
доковыляла до лестницы и кубарем полетела вниз. К счастью, у подножия преспокойненько 
поджидал завтрака Банди. Пит явно не ждал ничего плохого и мирно дремал, вдыхая аромат 
жарящихся оладушек. Пятидесятикилограммовый Банди нежно их любит. Анька плюхнулась на 
него и заорала не от боли, а от ужаса. Бандюша тоже завопил и, как водится, моментально 
описался.
   Няня, ворча, выудила Аньку из лужи и потащила в детскую, где заливался криком 
покинутый Ванька. Через секунду истошные вопли умолкли, очевидно, Серафима Ивановна дала 
близнецам печенье.
   Воцарилась тишина. Но поспать все равно не удалось. Сначала послышались шлепающие 
звуки и скрип входной двери. Это Ирка убирала лужу, походя поддавая Банди за хулиганство. 
Следом разнесся Машин крик:
   - Мой кофе! Опаздываю, проспала...
   Дочь с топотом поскакала по лестнице, и моментально раздался визг. Манюня вообще редко 
смотрит под ноги, поэтому наши животные, завидя ее, как правило, поджимают хвосты, но 
бедняга Хучик сегодня замешкался, и Маняшина ножка тридцать девятого размера отдавила ему 
лапу.