супруг ничего не разобрал. Потом она оделась и унеслась. Вернулась под утро, бледная, с 
синяками под глазами...
   Сложив вместе всю информацию, Писемский пришел к неутешительному выводу - супруга ему 
изменяет. И вот теперь он хочет иметь полный отчет, желательно с фотографиями - где, 
когда, с кем, сколько раз и как. По-моему, абсолютно дурацкое желание. Ну не все ли ему 
равно, как зовут счастливого любовника, не в имени, в конце концов, дело!
   Потом мы перешли к обсуждению финансовой стороны вопроса. Я постаралась не измениться 
в лице, услыхав подтверждение о получении десяти тысяч долларов, и потребовала две тысячи 
в качестве задатка и еще одну на расходы.
   - Естественно, я представлю вам счет и квитанции, впрочем, наверняка придется 
пользоваться такси, а это усложняет отчетность.
   - Умоляю вас, - махнул поленообразной рукой работодатель, - забудьте об этой ерунде!
   Он вытащил роскошное портмоне из змеиной кожи и принялся сосредоточенно отсчитывать 
зеленые бумажки. Когда приятно шуршащая пачка оказалась у меня в руках, я мысленно 
перекрестилась. Все, обратной дороги нет, придется приниматься за работу.
   
   Глава 5
   
   Следующую неделю я провела в бестолковой суете. Сначала договорилась с тихой 
бабулькой, окна квартиры которой выходили как раз на подъезд дома, где жили Олег 
Яковлевич и Ксюша. За пятьдесят долларов пенсионерка разрешила мне целый день проводить у 
подоконника и даже угощала чаем.
   К вечеру у меня заболела голова. Олег Яковлевич снабдил фотографией жены, но никто, 
даже отдаленно напоминающий худощавую, коротко стриженную брюнетку, из подъезда не 
выходил. В старинном доме, стоящем в тихой улочке, было только три этажа и шесть квартир. 
К концу недели я знала всех. Девочку-школьницу, уходившую из дома с завидной 
аккуратностью ровно в восемь и возвращавшуюся в три, няню, прогуливающую младенца, пока 
мать уезжала в шикарном "Вольво", элегантную пару, ведущую "артистический" образ жизни, 
и, конечно, Олега, работавшего день-деньской.
   Узнала всех, кроме Ксении. Она не показывалась, высунулась только один раз в ближайший 
супермаркет. Если у дамы и был любовник, то она, очевидно, перестала с ним встречаться.
   По ночам тоже не происходило ничего интересного. Тринадцатилетний внук приветливой 
бабки пришел в полный восторг, когда я предложила ему пятьдесят долларов за страшно 
интересное дело. Не спать несколько ночей, а сидеть у окошка и методично записывать всех, 
кто входит и выходит из подъезда. В случае появления Ксюши следовало моментально звонить 
мне.
   Но по ночам дом спал. Только пара молодых супругов веселилась, раскатывая на шикарном 
автомобиле. Я загрустила. Простая на первый взгляд задача начинала принимать характер 
неразрешимой. На всякий случай я завела дневник и скрупулезно отмечала все перемещения 
жильцов дома. Если Олег Яковлевич потребует отчета, хоть будет что показать.
   В четверг вечером бензинщик позвонил и сообщил, что они с женой идут в театр, а потом 
в ресторан, домой предполагают вернуться около двух часов. Я посчитала себя свободной от 
наружного наблюдения и, велев помощнику-подростку глядеть в оба, преспокойненько осталась 
дома.
   В квартире стояла тишина. Катя дежурила в больнице, Сережка задерживался, а Юлечка 
поехала к сокурснице готовиться к экзамену. Лишь несчастный Кирюшка маялся над уроками. 
Изредка он выбегал на кухню, делал бутерброд и ныл:
   - Повезло же Маше Галкиной, у нее мама учительница математики, а тетя преподает 
русский, никаких проблем. А у нас в семье кругом бесполезные люди, врачи да журналисты! 
Вот и мучайся теперь с уравнениями...
   Около десяти вечера он, устав, засобирался спать. Влез под одеяло, схватил книгу 
"Смерть на чердаке" и вдруг заорал:
   - Лампуша! Катастрофа!
   Испугавшись, что мальчишка поранился, я влетела в детскую. Кирюшка судорожно рылся на 
полках.
   - Что случилось?
   - Катастрофа, - убивался Кирка, - совсем забыл, русичка велела завтра принести на урок 
литературы "На дне" Горького...
   - Ну и что?
   - А я забыл сходить в библиотеку...
   - Подумаешь, завтра возьмешь! Кирюшка уставился на меня круглыми глазами.
   - Лампудель, ты не поняла, завтра на первом уроке книга должна лежать на парте. Иначе 
вломит два балла.
   - Да уж, - вздохнула я, - не повезло. Впрочем, тебе наука.
   - Ну забыл, забыл, - стонал Кирюшка, - скоро четверть заканчивается, а у меня по литре 
и так драма.
   - Какая?
   - Четыре тройки и две двойки.
   - Да, в такой ситуации не рекомендуется игнорировать требования учителя.
   - Ну придумай что-нибудь, Лампушечка! - взмолился Кирюша. - ты у нас умная, 
сообразительная, талантливая...
   Я усмехнулась, ну, хитрец.
   - Ладно, так и быть, загляну к соседям, может, у них есть.
   На нашей лестничной клетке пять квартир. В двух живут молодые бездетные пары, зато в 
47-й квартире есть школьники, и я позвонила в дверь. Высунулась растрепанная голова. 
Соседка Анна Сергеевна, довольно милая дама, всегда вежливо здоровается, гладит наших 
собак и никогда не торопится уехать в лифте, а ждет, пока вы подойдете к кабине. Впрочем, 
она иногда заглядывает вечером к нам померить давление, а когда ее сын, тринадцатилетний 
Антон, сломал руку, Катя поехала с парнишкой в травматологию. Словом, совесть меня не 
мучила, когда палец жал на звонок.
   - Добрый вечер, Анна Сергеевна.
   - Здравствуйте, Евлампия Андреевна, - пропела дама и уставилась на меня.
   - Понимаете, тут у нас такое дело вышло, - забормотала я, - нет ли у вас случайно "На 
дне", просто позарез нужно!
   Анна Сергеевна секунду помолчала, потом улыбнулась:
   - Конечно, есть, заходите, сейчас дам, идите, идите прямо на кухню, холодильник там.
   Не понимая, при чем тут холодильник, я вошла в небольшую кухоньку и села на табуретку. 
Анна Сергеевна открыла новехонький "Аристон", достала бутылку "Гжелки" и протянула мне:
   - Вот.
   Окончательно растерявшись, я проблеяла:
   - Мне "На дне".
   - А здесь как раз на дне и осталось, граммов пятьдесят, не больше, - мило улыбнулась 
соседка, - впрочем, если не хватит, могу дать непочатую, но вы вроде на дне просили...
   С трудом сдерживая смех, я пояснила:
   - Пьеса М. Горького "На дне", Кирюшке завтра в школу надо!
   Анна Сергеевна всплеснула руками и захохотала, я следом за ней. Но, к счастью, у 
соседки дома была не только бутылка, но и хорошая библиотека. Получив вожделенный томик, 
я отнесла его Кирюшке и улеглась на диван перед телевизором, намереваясь приятно провести 
время. И тут затрезвонил телефон:
   - Немедленно приезжайте, - велел Олег Яковлевич.