Наука уже давно гомогенизировала этот процесс,  но  социальные  условности
оказалось гораздо сложнее изменить.
     Интересно, а  каково  быть  человеком,  подумала  она?  Ведь  у  них,
обыкновенно, от самца  ожидают  агрессивности.  Или  массудом,  у  которых
биологические  и  социальные  различия  столь  ничтожны,   что   позволяют
протекать  половой  жизни  в  атмосфере   удивительного   спокойствия?   С
академической точки зрения и то, и другое было легко представимо, но никак
не с личной.
     К  этому  моменту  в  аудитории  остались  только  она  и   последний
посетитель.  Она  моргнула,  выражая  удивление,  чего  же  хочет  от  нее
Кисукачен. Она до этого и не заметила присутствия старшего  сотрудника  ее
отделения, а посему решила, что он появился в процессе презентации.
     И хотя это было не очень  похоже  на  него  -  заходить  на  плановые
лекции, - но прецеденты были. Она подметила, что,  несмотря  на  некоторое
потускнение гребня и перьев,  он  по-прежнему  весьма  недурен  собой.  Не
совсем в духе Лалелеланг, но очень видный мужчина. И  это  комплимент  для
самца его лет. Вслух она,  конечно,  ничего  этого  не  сказала.  Учитывая
разницу их положения в ученом  мире,  это  было  бы  серьезным  нарушением
академического этикета.
     Ничего плохого, однако, не было в том, что она заговорила первой.
     - Вам понравилось, Старший?
     - Полагаю,  что  да.  -  Ответ  его  прозвучал  твердо,  несмотря  на
неприкрытые  обертона  дискомфорта.  -   Давненько   мне   не   доводилось
присутствовать  на  ваших  печально   знаменитых   лекциях   по   изучению
Человечества, и подзабыл я их  наглядность.  -  Он  невольно  покосился  в
сторону погасшего теперь экрана, будто нечто чужое и летальное по-прежнему
могло таиться за ним, и только поджидало  появления  очередного  невинного
прохожего, чтобы разорвать его в клочья.
     -  Вы   определенно   не   стараетесь   приукрасить   предмет   своих
исследований.
     - Я изучаю военные действия Человечестве и то, как они соотносятся  с
культурой остальных цивилизаций Узора, в частности, с нашей собственной. -
Она  демонстративно  поправила  проектор.   -   Действия   землян   трудно
приукрасить. И это не тот  предмет,  который  можно  изучать  косвенно,  в
отрыве от фактов.
     Видя, что грубость ее ответа повергла старшего в шок,  она  поспешила
смягчить  его  подобающими  послежестами.  Попытка  вышла   неуклюжая,   и
справилась она с ней плохо, но он виду не подал, что обижен.
     - Вы очень непривычная личность, Лалелеланг. Бесконечное удивление  у
многих в  руководстве  вызывает  то,  что  личность  с  вашими  данными  и
способностями остановилась на такой плачевной специализации.
     Она предпочла не реагировать. Особой причины на это не потребовалось,
поскольку подобное она слышала уже не первый год.
     - А могу я полюбопытствовать, находите  ли  вы  в  своем  загруженном
исследованиями графике время, чтобы условиться о спаривании?
     Вот ведь какое приятное совпадение. Она расслабилась.
     - Есть один, я им весьма интересуюсь, но это сложно. Работа  отнимает
так много времени.
     -  Да,  о  вашей  преданности  делу  немало  говорилось.  -   Старший
попытался, но  не  совсем  успешно,  скрыть  свое  нетерпение.  -  Могу  я
проводить вас до кабинета?
     - Буду очень рада вашему обществу, - сказала она, зная, что положение
ее едва ли дает право на отказ. Гребешок у нее должным образом выправился.
     Пока  они  шли,  вокруг  них  роились  ученые   и   студенты,   яркая
хроматическая толпа - свистящая, многоголосая, чирикающая,  приседающая  и
подпрыгивающая - чудесно  отражающая  социальное  взаимодействие  большого
количества вейсов на стадном уровне, которое  постороннему  показалось  бы
тщательно и изысканно поставленным  танцем.  И  среди  взмахов  крыльев  и
прекрасной поступи, изгибов оперенных  гребней  и  переливающихся  самцов,
блеска одежды и украшений то здесь, то там попадался студент,  прилетевший
по обмену, то заезжий ученый, и казались они подобными бревнам,  плавающим
по поверхности зеркальной озерной глади.
     Вот ярко-зеленый житель Гивистама, чешуйчатый и блестящий.  А  вот  в
прилизанном потоке парочка О'о'йанов, шушукающаяся между собой.
     - Вы же не хотите сказать, что администрация снова недовольна?
     - Нет. - Веки старшего едва дрогнули. - Они признают значимость вашей
работы и то, что кто-то должен ей заниматься. И  поскольку  назначить  они
никого не осмеливаются, то испытывают в ваш адрес молчаливую благодарность
за ваш энтузиазм. В конечном итоге им  от  этого  скорее  облегчение,  чем
расстройство.
     - Я рада, - она практически не скрывала сарказма. -  Дух  мой  только
поднимается от мысли, что благодаря моим усилиям руководители могут  спать
спокойно по ночам.
     - Не вижу никаких причин для подобного тона. У вас  есть  необходимая
поддержка со стороны руководства.
     -  Имеется,  но  вынужденная,   будто   я   занимаюсь   исследованием
какой-нибудь ужасной болезни. - Когда старший не  стал  оспаривать  данной
аналогии, она продолжила. - И я уверена, что если  вдруг  весь  мой  фронт
работ внезапно испарится, то все  будут  только  рады  назначить  меня  на
исследование чего-нибудь менее неприглядного.
     Они спускались  по  пандусу,  застекленному  тонированным  стеклом  и
обсаженному розовыми финушиями.
     - Несомненно, в вашем наблюдении содержится доля  истины,  -  признал
он. - И, однако, они сознают, что усилиям вашим найдется применение,  пока
война не кончится.
     - И после окончания войны - тоже найдется, хотя они этого и не видят.
     Он искоса посмотрел на нее.
     - Что вы хотите этим сказать?
     - Окончание войны не повлечет за собой исчезновения  Человечества.  С
одобрения Узора они освоили и заселили много миров, с тем, чтобы  у  союза
было достаточно воинов. И завершение войны не заставит их покинуть обжитые
планеты. Мы по-прежнему будем  вынуждены  вступать  с  ними  в  социальные
взаимодействия. Именно поэтому мои исследования имеют такое значение.
     Старший помолчал некоторое время.
     - Я не вполне уверен, что в этом будет необходимость,  -  сказал  он,
наконец. - Многие полагают, что с  небольшой  нашей  помощью  Человечество
будет только радо возобновить свою первоначальную изоляцию.
     - Это бессмыслица, -  ответила  она,  -  либо  желаемое  выдается  за
действительное. Нельзя согнать потомство с насиженного гнезда.  Невозможно
вымести их, как навоз. И как бы сообщество Узора к  этому  не  стремилось,